Главная | Регистрация | Вход | Личные сообщения () | ФОРУМ | Планета Тайн | Из жизни.ру | ВТОРАЯ ПЛАНЕТА | Модераторы: Pantera; IgChad | Контакты

Понедельник, 24.01.2022, 12:53
Привет, Гость Нашей Планеты | RSS

ПОДПИСАТЬСЯ НА ИЗВЕЩЕНИЯ ОБ ОБНОВЛЕНИЯХ САЙТА


Форма входа
Логин:
Пароль:

плюсы баннерной рекламы

Загрузка...



Загрузка...


Статистика

Рейтинг@Mail.ru


Новости сегодня
Джон Маклин Крум (0)
Солдаты русской и наполеоновской армий: кому жилось лучше (0)
когда бьют куранты (0)
Приверженцы теорий заговора заявили о «тороидальной» форме Земли (0)
Virgin Galactic будет отправлять туристов в космос три раза в месяц, начиная с 2023 года (0)
Летающая яхта Air Yacht может возродить популярность дирижаблей (0)
Фильм Прометей (0)
Командующий ВМС Германии: Крым никогда не будет украинским (0)
На Украину прибыл американский самолёт с крупной партией летального оружия и боеприпасов (0)
Идиот (драма, реж. Иван Пырьев, 1958 г.) (1)
Почему замер окон — это важно? (0)
ЗОМБИ-АПОКАЛИПСИС? СТРАННОЕ ВИДЕО ИЗ ТВЕРСКОГО МОРГА НАТОЛКНУЛО НА ЧЕТЫРЕ ВЕРСИИ (0)
"ОМИКРОН" СТАНЕТ СПАСЕНИЕМ ДЛЯ РУССКИХ? ВИРУСОЛОГ ПРИЗВАЛ НЕ ПУГАТЬСЯ РЕКОРДНЫХ ЦИФР (1)
Шойну СРОЧНО обратился к Путину (0)
26 января для мира во всем мире может быть не очень благоприятный день. (0)
Е.Рерих : ЛИШЬ ОГНЕННОЕ РАВНОВЕСИЕ МОЖЕТ СПАСТИ ПЛАНЕТУ (16)
Титановый рубеж. В Сибири запущен уникальный комбинат (2)
Действия России в текущей ситуации, по результатам ультиматума Путина (0)
Китайский полковник выступая по телевизору пообещал топить авианосцы США и развязать ядерную войну с США (0)
The New York Times опубликовала статью, озаглавленную "Как отступить из Украины?" (2)
Отец Герман из Львова перед смертью описал судьбу Украины (0)
Венгерский ученый Богар сделал предсказание для РФ на 2022 год по китайскому календарю (0)
Президент Армении Саркисян объявил об отставке (0)
Узнайте, какой магический дар вы получили в день своего рождения (2)
Елена Рерих о том, почему следует радоваться неудачам (0)
Причина, по которой мужчины и женщины думают по-разному (6)
Три смеющихся монаха (3)
Не обижайте светлых людей! За них заплатите втройне. (10)
Москва. Кремль. Путин. Эфир от 23.01.22 (0)

Новости готовят...

Новостей: 11890

В архиве: 11392

Новостей: 6484

В архиве: 11931

Новостей: 3956

В архиве: 155

Новостей: 947

В архиве: 6969

Новостей: 895

В архиве: 17

Новостей: 879

В архиве: 1480

Новостей: 789

В архиве: 3939

Новостей: 489

В архиве: 338

Новостей: 462

В архиве: 438

Новостей: 450

В архиве: 4005



Модераторы: Pantera; IgChad

Новые сообщения · Участники · Правила форума · Поиск · RSS
  • Страница 104 из 104
  • «
  • 1
  • 2
  • 102
  • 103
  • 104
Форум » ВАШИ ЛИЧНЫЕ СТРАНИЧКИ » Вы можете создавать свои личные странички именно здесь » Мир прозы,, (Интересные истории,стихи,цитаты)
Мир прозы,,
Михалы4Дата: Вторник, 11.01.2022, 23:49 | Сообщение # 2576
Генералиссимус Нашей Планеты
Группа: Проверенные
Сообщений: 1742
Статус: Offline
Только совесть одна тебя выдаст,
На губах загорчив, как полынь...
____________________________

ЗАКАЧУСЬ Я В РОДНУЮ КОЛОМНУ

Ничего я не знаю, что помню,
А что помню — о том не слыхал!
Закачусь я в родную Коломну,
В колыбель моих самых начал!
Да по ветхим пройдусь переулкам,
Вдоль обрыва, над древней рекой.
Где в пустующем сумраке гулком
Разливается зыбкий покой.
Постою пред Успенским собором,
И порывом скользнёт вдоль виска
Грустный воздух Отчизны, в котором
Настоялись века и века!
И я, словно причастный к ним тоже,
Что-то смутное в сердце храня,
Вдруг почувствую вздрогнувшей кожей —
Как они — сквозь меня, сквозь меня!

***
А РОДИНА – ЭТО СУДЬБА…

А Родина — это дорога,
Которою грезит стопа.
И запах прогорклого стога,
И дедовская изба.
А Родина — это причина
Скупых, набегающих слёз.
Невысказанная кручина
Смеркающихся берёз.
И даль, перед небом единым,
И небо, над далью одной.
Весь этот простор журавлиный,
Пронзающий сердце виной!
А Родина — это забвенье,
В крови растворённая соль.
Отчаянье, и запустенье,
И безысходность, и боль.
Молчанье, на самом надрыве
Сознанья, как сказочно нищ!
И яма, в репьях и крапиве,
На месте родных пепелищ.
И этот задумчивый вечер,
Коснувшийся сумерка лба.
И скрип усыхающих ветел.
А в общем-то, это — судьба!

* * *
Небесный свет — вместилище надежд,
Которые в миру не воплотились,
А лишь слезою скупо осветились,
В дрожащей бездне утомлённых вежд.
Отчизны даль, от реющих обид
Знобит над беспросветным бездорожьем.
И промыслом всечеловечьим, Божьим
Её простор мучительно болит!
И высь над ней — незыблемый завет,
Соединенье помыслов скорбящих,
Судеб её рыдающе-щемящих,
Из вещности — переходящих в свет!

***
В ДОРОГЕ

Родимая равнина,
Нигде ни огонька.
Забытая кручина,
Неясная тоска.
В каком таком столетье,
В котором мы часу?
Качаемся, как ветви,
У века на весу.
Разбитая дорога,
Мерцанье луж нагих,
И сиро, и убого,
И не видать живых.
В потёмках кособоко
Петляет колея,
Тревожно, одиноко,
Как эта жизнь моя...

***
ВЕРА

Возле крутого ненастья
Конь твой грызёт удила.
Было ли, не было счастья —
Только отчизна была!
Вольному — вольная слава,
Ветер да неба глоток!
Поле и слева, и справа,
И на прощанье — платок!
Не предаваясь заботам,
Кроме извечной, одной,
Полузабытым намётом —
Да по росе огневой!
Мимо грядущего быта,
По заскорузлому дню
Память летит под копыта,
Дайте дорогу коню!
Встретился или простился,
Только судьба увела.
Был наяву или снился —
Только отчизна была!

***
РОДОСЛОВНАЯ

Я ладонь положил на равнину,
И сквозь кожу пошёл смутный гул...
Долго слушал я песню едину,
Пока в пряной траве не заснул.
А заснул — так приснилось такое,
Чему времени нет и конца:
Раздвигал я пространство рукою
До забытого ветром крыльца.
А на нём — не князья да бароны
И другая дворянская знать:
Чёрный ворон бьёт долу поклоны,
А вокруг — никого не видать...
И напрасно рука раздвигала
Пред собою пространства кольцо:
Лишь одно, лишь одно выпадало —
Только поле и только крыльцо!
Хоть лица ускользающий высвет,
Хоть бы голос неясный, глухой!
Пусть унизит меня — не возвысит,
Только б знать: кто, откуда, какой?
Лишь крыльцо да широкое поле —
Вот и всё... Остальное — темно.
Нет на свете возвышенней доли —
Знать, что большего знать не дано!
...Я лежал средь притихшей полыни,
Окуная лицо в облака.
И лежала рука — на равнине,
А на сердце — другая рука!

***
ГРУСТЬ

Ни печали, ни сплина,
Ни хандры, ни тоски.
Золотая равнина,
И на ней — колоски.
Время жатвы приспело,
Я труда не боюсь,
Принимаюсь за дело —
В сердце — русская грусть!
И причины нет вроде,
Но за что ни возьмусь,
А она — на подходе —
Эта русская грусть!
Я то трезвый, то пьяный,
То грешу, то молюсь!
А в душе постоянно —
Непонятная грусть.
Встану рано сегодня
И вокруг оглянусь:
Боже, это ведь — Родина!
Ах, ты Мать моя — Русь!

Беспросветная грусть...

***
СТАРОЙ ДЕРЕВНЕ-

Отпахала своё, отжила,
Отлюбила, отпела в ночи…
Где, какие теперь купола
Над тобой обживают грачи?

Поле зыбкое вызревшей ржи
На четыре на все стороны?!
И ни деревца, ни межи,
Ни заброшенной бороны.

А какой здесь янтарный налив
С ветерком колотился в траву!
Ещё звук этот в памяти жив…
Где теперь преклонить ей главу?

А какой здесь накачивал мёд
Вислоусый белёсый Касьян!
Всё курил у тесовых ворот,
Плыл над ним васильковый туман.

И собаки брехали впотьмах,
Кто-то шёл по тропинке тишком…
Вечереющий воздух пропах
Тёплой пылью и молоком.

Овцы блеяли в катуках.
И корова на каждом дворе,
И мучица в сенях, в закромах,
И квасок аржаной по жаре…

Не понять мне, в каких ты грехах
Провинилась к той горькой поре:

Рослый город, как алчущий спрут,
Стал высасывать силы твои,
Молодой работящий твой люд
Отучая от сельской любви.

Сразу столько крестьянских колен
Зачеркнул, заманил просто так…
Вместо добрых родительских стен
Коммуналку всучил да барак!

Что теперь о былом говорить,
И кручиниться, и вздыхать!
Всё. Живая оборвана нить.
Страшно. Памятью разве связать?

Что осталось теперь? Постоять,
Прошептать еле слышно: «Прости…»,
Поклониться горячим хлебам
Да былинку полыни найти,
Поднести её к горьким губам…

***
ГОРСТЬ ЗЕМЛИ

Горсть землицы сырой подержал
на ладони —
И живое тепло ощутил,
И вдали замерцали прыскучие кони,
Чуть подале небесных светил.
И в глубоком, поросшем осокой затоне
Водяной себе вслух загрустил.
Восставали из мрака такие виденья —
О которых не скажешь пером!
То ли лапти скрипели, то ли растенья,
То ль на окских излуках паром?
А в душе распахнулись такие владенья!
А потом — покати-ка шаром —
Лишь ладонь я разжал, и вернулась землица
К животворной юдоли своей.
Но не мог я никак до конца отрешиться
От того, что живого — живей.
Всё стоял перед ней и шептал — да святится
Её имя — до самых корней,
До полынных, до наших кровей!

***
НА РОДИНЕ

Шли холодные дни, и крепчали ветра.
Облака остудили ветлу.
Погрустил, помолчал — собираться пора,
Как студёно на этом ветру!
Вот и побыл. Один. Походил, постоял
Перед небом и перед землёй.
Одинокий — увидел, как воздух светал
Над повинной моей головой.
Поклонился. Услышал — стенает ветла,
Сиротливо ветвями сквозит,
А равнина лежит, широка и светла,
На душе человека лежит.
В ней мерцает печаль — изначальна, стара,
И простор так ранимо открыт.
И над нею свежеют такие ветра!
И слеза в долгом небе блестит!

***
ЖЕЛАНИЕ

Под упругой моею стопой
То полынь, то жнивье, то крапива.
Над усталой моей головой –
Ощущенье державного взрыва!
А внутри меня – та пустота,
Что сродни перепаханной пашне.
А в груди запеклась немота
О юдоли моей настоящей.
Горизонт простирает огни
Иноземной, досужей рекламы.
А в округе, куда ни взгляни,
Свет безжалостный нашей драмы!
И желание – волком завыть:
"Что содеяли, что сотворили!"
Или ясенем в поле застыть,
Чтоб оглоблю покрепче срубили!

***
СОВЕСТЬ

Развиднеется день понемногу,
И увидишь, как много тщеты
Возле смысла — стремиться к итогу
Человечности и красоты.
На исходе своих разумений
Ты в конечном итоге поймёшь,
Что не может быть нескольких мнений
У вопроса — зачем ты живёшь?
Миг минувший даётся на вырост,
И сомнения — напрочь отринь!
Только совесть одна тебя выдаст,
На губах загорчив, как полынь...
Только совесть. Она тобой правит,
И она — твой желанный удел!
Пусть гнетёт твою душу и давит.
А чего ты иного хотел?

***
МЕТАМОРФОЗА

Радикальные веянья новы:
Из антихристов – в богословы!
Из писателей – в робу вахтёров.
В гардеробщики – из актеров!
И ни удержу, и ни меры:
Из банкирского лобби – в премьеры!
Не от женских потуг – из пробирки!
В новорусские – из Бутырки!
Из учительницы – в проститутки!
Не о духе молва – о желудке!
В вышибалы из офицеров!
Культ зубов и отсутствие нервов.
Что считалось всегда трали-вали –
Удостаивается медали,
А с экранов орущее блядство –
Всероссийского лауреатства!
Обхохмили всё, обворовали.
И так далее, и так дале...
На Руси от сего холокоста –
Патриоты обычные просто
Превратились, как это ни сложно,
Окончательно и безнадежно,
До последней сердечной икоты –
Просто в лютые патриоты!

Олег Владимирович Кочетков
_________________________
107840


Сообщение отредактировал Михалы4 - Вторник, 11.01.2022, 23:51
 
FIKUSДата: Среда, 12.01.2022, 16:33 | Сообщение # 2577
Генералиссимус Нашей Планеты
Группа: Проверенные
Сообщений: 2845
Статус: Offline
А завтра старый Новый Год newyear

Жизнь-лучший драматург..сценарист и режиссер..
 
FIKUSДата: Среда, 12.01.2022, 17:06 | Сообщение # 2578
Генералиссимус Нашей Планеты
Группа: Проверенные
Сообщений: 2845
Статус: Offline
Кончик иглы

Армагеддон завершился. Усталые ангелы бродят по миру в поисках последнего уцелевшего человека. Кого же они отыщут и где?

У Габриеля устали крылья. Малкиель провалился в яму, заполненную бурой жижей, и перепачкал сияющие одежды, чванный Уриель поругался с Иеремиилом и еле-еле тащился, а надутый Иеремиил поджимал капризные губы и от обиды воскрешал то цветок, то бабочку попадающиеся на пути. Глядя на его шалости, Самуэль тихонько качал головой – бедные души-эфемериды обречены на скудную жизнь и одинокую гибель посреди всеобщего запустения. Он был старшим из ангелов, повидал всякое и давно не пытался изменить мир. К тому же конец света уже прошел и перемен не предвиделось.

Серая лента дороги наконец-то свернула к городу, пустые коттеджи сменились пустыми высотками и стоянками мертвых автомобилей. За считанные дни на домах облупилась краска, проржавели замки и трубы, помутнели и потускнели стекла. Хлопали двери подъездов, заунывно скрипели качели на детских площадках, где-то текла вода. Дом за домом, квартал за кварталом – безрезультатно. Приунывшие #ангелы сникли, неуклюжий Малкиель снова споткнулся о бетонный порожек и шепотом помянул черта. Хватит с них…

- Привал, братья!

Оглядевшись по сторонам, Самуэль указал на уютную с виду пятиэтажку – почему-то она сохранилась лучше других зданий. Для порядка стоило обойти все квартиры – вдруг последний #человек на Земле забаррикадировался в одной из них. Самуэль лениво махнул крылом. В чудеса он не верил.

Ангелы разделились. Уриель взял себе первый подъезд, с ним никто не стал спорить. Малкиелю достался второй, Иеремиилу третий. Габриель отправился с Самуэлем, путаясь под ногами и норовя присесть на каждом пролете лестницы. Толку от него не было. Но Самуэль наловчился и сам – вскрыть оглохшую дверь знаком «далет», войти в квартиру, разжать ладони – не затрепещет ли вдруг на пальцах тепло – и двинуться дальше, оставив бесхозное жильё пыли.

Ничего нового – разворошенные постели, посуда с остатками пищи, флакончики из-под лекарств, сиротливые туфельки и ботинки, жёрдочки и ошейники. Ничего святого – только чьи-то самодельные бусы, полные тихой любви, да резная фигурка божка. Ничего…

В кресле-качалке лицом к окну дремала маленькая старушка в вязаной шали, на укрытых пледом коленях свернулся йоркширский терьер. Спали спицы, спал узорчатый пестрый носок, спало причудливое кольцо с нетускнеющим аметистом и бриллиантовые искры в ушах тоже спали. На мгновение Самуэлю помстилось, что их поиск наконец-то закончен. Но ладони оставались холодными.

- Изыди! – коротко приказал ангел.

Мертвый пес зарычал.

- Изыди, дрянь! – повторил Самуэль, угрожающе расправляя крылья.

Бесенок, мерзко хихикнув, растворился в воздухе. Тотчас запахло серой и тлением. Самуэль недовольно посмотрел на товарища.

- Вызывай труповозку, олух царя небесного.

Пока Габриель играл на дуде, немилосердно (для ангела, конечно) фальшивя, пока товарищи из Легиона споро грузили мумию, гадая, получится ли подлатать её для воскресения во плоти или придется реконструировать, Самуэль пробежался до первого этажа. Всё чисто.

Для привала он выбрал большую квартиру на третьем – со времен службы в хранителях любил запах старой бумаги и тиканье часов, а прежние хозяева держали большую библиотеку и не пожалели денег на резные ходики с боем. Ангелы собрались в гостиной, расселись по диванам и креслам, пустили по кругу фляжку с амброзией – лишь Малкиель как всегда опаздывал. Им не было нужды спать, но отдых помогал восстановить силы плоти и безмятежность души.

- «Земную жизнь пройдя до половины, я очутился в сумрачном лесу» - продекламировал Уриель и взглядом испепелил томик. – Сколько сил, сколько хлопот впустую. Собирали весь этот бумажный хлам, старались, переживали – и смысл?

- Уймись. Людские грешки никому больше не навредят, – зевнул Иеремиил. – Скоро сойдет огонь, за ним вода и твердь земная будет очищена.

- А я слышал – все сохранится, только мусор придется убрать. Можно будет спускаться гулять, читать книги, разглядывать милые вещи, - мечтательно улыбнулся Габриэль и поставил на тумбочку фарфоровую статуэтку пастушки.

- А я слышал, что это не наше дело - прервал товарищей Самуэль. – Хватит болтать, отдыхаем. Где Малкиель? О, господи…

Смущенный ангел влетел в квартиру через окно. Его белый хитон подозрительно топорщился на груди и тихонько пищал.

- ЗАЧЕМ. ТЕБЕ. КОТ. – очень спокойно произнес Самуэль. Где-то на кухне с треском упала люстра, хрипло зазвонили часы.

- Это кошка, - прошептал Малкиель. – И она хочет есть.

Пока разом поглупевшие ангелы толпились вокруг дымчатого комочка шерсти, чесали ему нежную шейку и лихорадочно искали, что бы превратить в молоко и фарш, Самуэль вышел на балкон и притворил за собой дверь. Нет уж, лучше исповедовать души африканских язычников, чем работать с этой стайкой птенцов.

Луна неспешно поднималась над городом, гулкая тишина накрывала улицы, сухие деревья топорщили голые ветви. Серая лента шоссе тянулась вдаль, словно бы обвивая опустевшие континенты. Если развалины все же сотрут, станет ли Земля прежней, получится ли опять строить замки из синего льда и купаться в потоках пылающей лавы, парить над водами, видеть звезды, сбросить постылый облик и глупую, придуманную одежду. Стать собой…

- Интересно, какой он, последний человек на Земле? Вдруг он младенец, спрятанный матерью, и сейчас надрывается плачем в пещере? Или забытый всеми старик в больнице? Или девушка? Синеглазая, стройная, длинноволосая, с родинкой на щеке, отнимающей сердце? Когда всадники проходили по городу, она затаилась и Смерть не коснулась её тёплой, молочно-розовой кожи…

- Молоко не бывает розовым, а родинку на щеке выдумали арабы, - вздохнул Самуэль. – Габриель, тебе вредно читать.

- Вредно быть престарелым занудой. И всё же – если это милая девушка, может быть ей не обязательно отправляться на небеса? Малкиель же оставил себе котенка.

- В #ад захотел? – устало спросил Самуэль. – Щербатые котлы по струночке ставить? Видали мы таких романтиков, и ты видел, совсем недавно.

Красивое лицо Габриеля сморщилось в плаксивой гримасе – бой у горы Мегиддо трудно было забыть.

- Отдыхай, утро вечера мудренее, - смягчился Самуэль. – И я тоже посижу поразмыслю.

Помотав кудрявой головой, Габриель легко вскочил на перила, расправил крылья и с места взмыл вверх. Что ж, пока есть надежда, можно и полетать вволю. Удачи, малыш!

К лунному свету удивительно шла арфа. Самуэль достал инструмент, прикрыл глаза и задумчиво тронул струны – поедем на ярмарку в Скарборо, Мэг, исчертим следами сереющий снег, куплю тебе ленты, куплю кружева – другим не жена, а со мной не вдова… Прошлый грех он уже искупил.

Небо уже бледнело, когда ангелы проснулись от торжествующего вопля Габриеля – тот бился о стекла, словно огромный голубь.

- Нашел, нашел! Полетели!

Лигах в пяти от города, на побережье и вправду расползалось пятно живой зелени. Жалкая рощица, виноградник, лужок, бурые скалы, покрытые скудной растительностью. Комары, воробьи, чайки, белый кролик, очень голодный хорек. Сложенная из непотребного сора хижина, прижатая к скале, рядом грядки, скамья, веревки с ветхим бельём. Отвернувшись, Самуэль вознес краткую молитву – только бы там и вправду не оказалось прелестной дурочки. Бог услышал старого ангела.
На приступочке хижины восседал мужичок, кряжистый, мускулистый и совершенно седой. Из одежды на нем были лишь подвернутые до колен штаны и меховая жилетка. По правую руку мужичка лежал старенький дробовик, по левую приплясывал, повиливая хвостом, толстый щенок. Впереди на треноге красовался котелок, исходящий пряным, аппетитным парком. Мужичок то помешивал варево ложкой, то подсыпал душистую зелень. Где-то в хижине копошилась некрасивая грузная женщина, тяжело ворочая обтянутый платьем живот. Под камнями пищали новорожденные крысята, на камнях под утренним солнцем разлеглась толстая кошка. Ангелов здесь не ждали.

По сигналу Самуэля, Уриель с Малкиелем изо всех сил задули в золотые трубы, Иеремиил забряцал на гуслях, а Габриель задудел в дуду.

- Радуйся, человече! Возвещаем конец света и воскрешение мертвых! Нынче же будешь с нами в раю, ты и жена твоя! Встань и…

- Бах! Бабабах! – громыхнуло ружьё. Дробь просвистела над головами, сшибая нимбы. Ангелы дружно присели.

- …..… уроды! - сказал последний человек на Земле и закрыл дверь.

Ника Батхен


Жизнь-лучший драматург..сценарист и режиссер..
 
FIKUSДата: Среда, 12.01.2022, 17:16 | Сообщение # 2579
Генералиссимус Нашей Планеты
Группа: Проверенные
Сообщений: 2845
Статус: Offline
Демонов выходной

- Девушка, вы вообще, прыгать собираетесь? – лениво поинтересовался я, облокотившись на выполненные в виде бронзовой виноградной лозы перила.

Тель-Аларм. Мост погибших надежд! Три тысячи лет я прихожу сюда с периодичностью в век и всё ещё поражаюсь его статичной красоте.

Мой отец говорит, что мост между миром Светлых ангелов и Темных демонов они строили вместе с Семальнар – богиней любви, даже если она это отказывается признавать. Мост, построенный богиней любви и богом смерти – приносит несчастья миру живых, вот уже три тысячи лет. Ровно столько, сколько сегодня исполнилось мне. Странная ночь рождения. Хотя… Весьма обычная.
- Я прыгну! Не подходи! Прыгну! – пищала девица, пытаясь убедить в этом не то меня, не то себя саму, но в то же время, отчаянно цепляясь за столбик с небольшим фонариком на верхушке.

Мда… Вот любопытно, каков он страх смерти? Нам, бессмертным, не понятно, почему люди так отчаянно стараются оттянуть или и вовсе обойти закон неизбежности. Смерть в этом мире так же естественна, как вечность в наших мирах.

Где-то тысячу лет тому назад, я спросил об этом одного бродячего менестреля, поющего мрачные песни писклявым голосом, в конце которых неизменно кто-то умирал. И он ответил мне, что этот страх не смерти, а точнее - страх неизвестности. Человек боится, что там, за гранью шириной в один последний вдох – ничего нет! Кто хочет просто исчезнуть?

Это я как раз понимал. Но понять эту девицу было не в моих силах.

- А я что тебе мешаю? – спросил я, повернувшись к ней. Право слово, я возмущён. - Или сказал не прыгать? Сказал просто, что не стоит вот так стоять на ветру и под дождем. Заболеть можно.

Повисла пауза и, соответственно, тишина, нарушаемая немногими проезжающими под ногами автомобилями. Ну и еще ревущим ветром, запутавшимся в арке под мостом. Мне нравилось смотреть вниз, сквозь прочное стекло под ногами. Есть в этом нечто, создающее впечатление… ангельского подобия.

- Вы-вы-вы-вы кто? – стуча зубами, спросила девица и тут же угрожающе добавила: - Если вы здесь, чтобы просить за него…

- Девушка, все, что меня интересует – это прыгнете вы или нет! – пояснил я, вытащив из-за пазухи бутылку лагверского виски, припасенную еще со времен павших королей. Славное время было. Для меня, для демона. Столько чистых сильных эмоций… Столько практически дармовых душ… Кому скажи, что тогда душу можно было раздобыть за буханку хлеба и бутылку не самого дорогого вина. Славные времена.

М--м-м… А это незабываемое послевкусие отчаяния приговоренного к смерти короля… Такое нужно запивать только лучшим виски.

- П-п-почему? – озадаченно уточнила она, цепляясь за столб уже двумя руками и прижимаясь к нему так, словно пыталась соблазнить.

- Вы портите пейзаж, - честно признался я, делая большой глоток из горлышка. – Хоть бы оделись, как-то более подходяще случаю. Белый балахон до пят, развевающийся на ветру… - как у мадам Онвер, которая из-за измены мужа отравила всех обитателей своего замка, а сама сбросилась со стен. Если бы она знала, что ее муж выжил, восстала бы из мертвых. Но вот она толк в красоте знала. Ее душа мне обошлась в вечную молодость. – Кто кончает с жизнью в старых джинсах и растянутой футболке? Что за подход? К тому же она вам не идёт.

- Вы псих? – не то с надеждой, не то в испуге спросила барышня.

Вот это обидно. Я, конечно, все понимаю, но зачем вот так сразу? Хотя женщина всегда была такой. Три тысячи лет, несколько десятков эпох, несчетное количество жизней… а стоит женщине сказать, что она ошиблась в выборе наряда – всё. Она переплюнет даже демона Гнева, способного сровнять с землёй весь этот мир. Человеческого мира не стало бы еще тысячу восемьсот лет назад, когда сровняли с землей последний идол Ругра, если бы не Нирглис, ангел Смирения. Все же умеет она ублажить моего брата.

- Девушка, как-то даже не знаю, стоит ли обсуждать мое психическое здоровье с девицей, собирающейся прыгнуть с моста, - заметил я, сделав глоток, отвернувшись от нее, свесившись через перила. – Я может от работы отдохнуть хотел. Побыть в одиночестве, насладиться тишиной… А вы… Эх, человечки!

Девица застыла, обдумывая мои слова, а после ловко спрыгнула с перил и легкими уверенными шагами направилась в мою сторону, чем собственно меня – обескуражила слегка.

- Что вы за человек такой? А? – зачем-то поинтересовалась она, взяв из моих рук бутылку и сделав несколько маленьких глотков. – Ух! Кхы! Ничего ж себе, демоново пойло! – заметила она, но бутылку, почему-то не вернула. – Такое закусывать нужно.

Какое кощунство закусывать лагверский виски, но говорить я этого не стал, заметив чуть шальную улыбку на ее губах. Да этот напиток весьма специфически влияет на людей.

- Полегчало? – спросил я, убедившись, что прыгать с моста сегодня никто уже не собирается.

- Да собственно и так всё было ничё! – пожала плечами она, чем меня, демона видавшего всякое за свои тысячи лет, немного озадачила.

- Мне показалось, вы тут собирались с жизнью счеты сводить. Кстати, весьма бездарно!

- Правда? А мне кажется, что наоборот. Ты же поверил…

- Что вы имеете в виду?

- Я послезавтра пробуюсь на роль мадам Онвер! Вот, так сказать в роль вживалась.

Ах, вот оно что!

- Боюсь до этой специфической особы вам как до неба ползком.

Девушка нахмурилась и сделала еще один глоток виски.

- И чего не хватает?

Всего. Эта ненормальная была… действительно психически больной.

- Пафоса. Надрыва… Отчаянья.

- Демон! – ругнулась девушка, поджав губы. – Я бездарь. У меня ничего не выйдет… Кошмар…

Вот… Ни одного спокойного дня. А у меня ведь ночь рождения. Но не упускать же такой случай...

- Я мог бы вам помочь, моя дорогая. Вы станете примой всех театров, звездой больших экранов, войдёте в историю… - вещал я, наблюдая, как разгорается огонь азарта в её зрачках. - Не бесплатно, конечно. Как думаете, во сколько нынче оценивается душа юной актрисы? Десять лет удачи? Пятнадцать? Я согласен на торг...

(с) Е. Гуйда "Демонов выходной"


Жизнь-лучший драматург..сценарист и режиссер..
 
Михалы4Дата: Воскресенье, 16.01.2022, 05:01 | Сообщение # 2580
Генералиссимус Нашей Планеты
Группа: Проверенные
Сообщений: 1742
Статус: Offline
РУССКИМ ЖЕНЩИНАМ

По ночам инстинкт взывает древний:
Над Россией смертная беда –
Умирают русские деревни,
Русские чернеют города.
Русской речи говорок всё реже,
В русской дали не видать ни зги.
По живому, по святому режут
Слабнущую Родину враги.
Нас всё меньше, меньше с каждым годом,
Мы слабеем с каждым новым днём.
Мы великим созданы народом,
Неужель безропотно умрём?
Женщины родимые! Нет силы
Выше той, что Богом вам дана.
Да взойдёт над каждою могилой
В три побега новая весна!
Оживите родовые крепи
Русской силой, верой и умом.
Что тогда нам мировые цепи
И иуды в помеси с врагом?
Дорогие, милые! Рожайте
Русских молодиц и молодцов!
Юную Россию поднимайте
Пусть порой без ветреных отцов.
Милые! Пред вами на колени
Встала ныне русская земля.
К вам мольба ушедших поколений,
К вам молитва тихая моя.

***
Я красоту во всём искал,
И находил, не жалуюсь.
И то в большом её встречал,
То в чуть заметной малости.

Она то броска, то скромна,
То изнутри просвечена…
Шумит в проталинах весна,
Идёт навстречу женщина.

Кусочек неба на плечах,
В цветах весёлых платьице,
И свет доверчивый в очах
К любой травинке ластится.

Как будто ей на много лет
Лишь радости обещаны.
О, ничего прекрасней нет
Лица счастливой женщины.

* * *
Ночные образы во сне ли, наяву ль
Жестикулируют, враждуют, суетятся…
И пьют за Родину, и вяло матерятся
Под «Санта Барбару» и хоровод кастрюль.

Ночные образы при вспышках света фар
Похожи на зверей из мезозоя,
В извивах тел, как змеи в пору зноя,
Как в киносъёмках мировой пожар.

Ночные образы в недвижимом каре
Вздымают руки и кричат победно,
И так загадочно, и так бесследно
Куда-то исчезают на заре.

Но из излома, где ни тьма, ни свет,
Где так спокойно терпят, негодуя,
Где ложками гремят, прося обед,
Гнусаво кто-то вторит:
– Аллилуйя!

* * *
На русский холм в глухую ночь взойду.
Россия спит. Безвременье. Поруха.
И лишь Безверье – чёрная старуха,
Сестёр скликает – Злобу и Беду.

Мелькнёт огонь,
возникнет зов впотьмах.
Душа болит и нету ей ответа.
Дай Бог дожить хотя бы до рассвета,
До первой свечи в ангельских руках.

* * *
Мы входим в мир не с чистого листа.
Едва исторгнут первый крик уста,
Уже судьбы определён рисунок
И ритм, рождённый на небесных струнах.
Мы входим в мир не с чистого листа.

Росток пробьёт и глину, и песок,
Асфальт и камни улиц и дорог,
Исполнив то, что завещало семя
И прошлое и будущее время.
Росток пробьёт и глину, и песок.

Как память наша гибельно слаба!
Текущих дней, мгновения – раба.
Ни голосов минувшего, ни знаков
Не хочет знать. Мир скучно одинаков.
Как наша память гибельно слаба!

Шумит ли дождь, или идут снега,
Или вода кромсает берега,
Язык природы разуму невнятен.
Он говорит. Он хочет быть понятен
Шумит ли дождь, или идут снега.

Руины духа мертвенно молчат.
Истлевших снов осенний аромат
Тревожит душу памятью о лете,
Забытой вестью о её бессмертье.
Руины духа мертвенно молчат.

Кто чужд истокам, чужд и небесам.
Проклявший семя будет проклят сам.
Возмездие судьбы неотвратимо
Над тем, кто делит то, что неделимо.
Кто чужд истокам, чужд и небесам.

* * *
Тайна памяти сердце мне гложет.
Не забыть, не исторгнуть вины.
Лунный свет и зовёт и тревожит,
Лунный свет серебрит мои сны.

Не поможет потрёпанный сонник
Разгадать, что готовит судьба.
Отцветает у берега донник,
Оседает всё глубже изба.

Хорошо бы её поддомкратить
И из кряжа венцы подвести.
Но никто не вернёт мне утраты,
И цветы не заставит цвести.

Скоро тропы укроет пороша,
И осинник поверит в обман.
Нынче снилась мне белая лошадь,
Уходящая в сонный туман.

***
Душа всё помнит.
Память коротка –
В ней миг запечатлён,
в душе – века.
Перебирает в прихоти эпохи.
И эта в мраке зла, и эти плохи.
Предчувствие блаженства в небесах
Её томит, рождая смутный страх
От вечной неизвестности исхода
Борьбы со злом.
Плоть – странная порода,
Ей ближе память – блёклая строка,
Ей ближе миг.
А для души – века.

***
Серп и молот, как символ труда
На знаменах и звездочках наших.
Той страны не забыть никогда,
Что прошла по планете на марше.
Ни себя не щадя, ни врагов
В созиданье искала бессмертье.
– Сколько было ей?
– Двадцать веков.
Крестный путь её – двадцать столетий.
Ибо сущность не в том, что она
Новый мир создавала без Бога,
А в надежде, что станет страна
В царство Божие светлой дорогой.
Сгинет власть золотого тельца,
А за ним все убийцы и воры,
Что насытятся правдой сердца
И не станет вражды и раздора.
Но роса очи выела нам,
Пока ждали мы солнца восхода.
И ушел недостроенный храм,
Словно Китеж, в безумные воды.
Люди в пору разрухи и бед
Вновь приходят туда, где стоял он,
Чтоб под звездами прежних побед
Силы вызрели в сердце усталом.
И тогда возникает порой
Необычного храма виденье.
Купол венчан звездой золотой,
Божий крест освящает ступени.
И идут к нему в вечном строю
Четким шагом державным двенадцать,
И над ними святые поют,
И за ними иуды толпятся.

***
Евгению Морозову

От вечных тем бегут, как от чумы,
Другое дело – гаджеты и лайки.
Под дулом кольта не признаем мы
Своё родство от щей и балалайки.
Морозный воздух душу веселил,
И радость встречи согревала сердце.
Казалось, Пушкин сам благословил
Нас по обычью русскому согреться.
Под сенью инсталляций ледяных
Мы пили водку, ели чебуреки,
И спорили о судьбах роковых
России и о русском человеке.
Так кто же он: ленивый, раб, творец,
На ниве созидания работник?
Он то терял, то обретал венец,
Величия державности угодник.
Во временах кто только ни судил
Его с апломбом непорочных судей?
Да, варвар! Ватник!
Но как он любил,
Теперь в Европе так давно не любят.
С трибун, с экранов просвещают мир,
Как беден он, посконное отребье!
Да, неприкольный! Во дворе сортир,
Но первый в деле на земле и в небе.
Да, делать деньги – не его мечта.
Что золото? Прах пустоты и бренность.
Но для него добро и красота –
Как высшая божественная ценность.
Мы спорили, цедя аперитив,
И шли потом почти в обнимку вместе.
А рядом Пушкин, голову склонив,
Ронял во тьму слова любви и чести.

* * *
Мальчик бежит по осени,
Листья жёлтые топчет,
Мальчик бежит по просеке
И беззаботно хохочет.

Парень шагает по осени,
Не чувствуя горечи в воздухе,
По радостям и по горестям
Шагает, не глядя под ноги.

Мужчина бредёт по осени,
По дню, что тревожно светел,
И в жёсткой волос его проседи
Холодный мечется ветер.

Старик плетётся по осени,
Смотрит на небо сквозь линзы.
И улыбается просини,
И свету, и просто жизни.

* * *
Я написал «Прощай!» на мартовском снегу.
И это было правдой.
На влажном от росы, на пойменном лугу.
И это было правдой.
Потом на дереве я написал «Прощай!» –
И дерева не стало.
Я на воде чертил – попробуй, прочитай!
И вот вода пропала.
На камнях я писал, что вечности сродни,
На журавлином клине,
На снах младенческих. Исчезли и они.
И день взошёл пустыней.
Тогда на доме, где любимая жила,
«Прощай!» прожёг я сердцем.
И город выгорел в мгновение дотла,
И память стала пеплом.
Я проклял слово то – предвестника беды,
Исчадье зла и ада.
И вдруг «Прощай!» смело мои следы.
И это будет правдой.

* * *
По осколкам, по отзвукам и словам
Собираю себя, как голодный
Собирает крошки еды со стола –
Пищи Господней.
Собираю из капель дождя, из травы,
Упавшей под ноги заката,
Из рыбьего всплеска и крика совы,
Из тайны греха и расплаты.
Собираю себя из обмана и зла,
Из надежды, что всё – преходяще,
Из последнего слабого взмаха весла
И вздоха шагов уходящих
Из того, что хочу, да не в силах забыть,
Что любовь обращает в усталость.
Собираю и не могу сочленить
С тем, что во мне осталось.

* * *
Я русский поэт уходящих времён.
Пускай на земле все живущие – братья.
Но я – сын России. Я Русью крещен.
Я Бога творенье – восторг и проклятье.
В рассветных лучах растворяется путь,
Вокруг всё так грустно и так молчаливо.
Сейчас бы, как в детстве, упасть и уснуть,
И так же, как в детстве, проснуться счастливым.
Придёт ли с ветрами заветная весть,
Что в русское поле вернулась надежда,
Что дали наполнила пахаря песнь,
Что свет засветился, где тьма была прежде.
Надеюсь и плачу. И слёз не стыжусь.
И знаю: беде не поможешь слезами.
Дай, матушка, меч! Я погибну за Русь,
Чтоб в новой России воскреснуть стихами.

Николай Беседин
______________
109457
 
FIKUSДата: Понедельник, 17.01.2022, 09:35 | Сообщение # 2581
Генералиссимус Нашей Планеты
Группа: Проверенные
Сообщений: 2845
Статус: Offline
Михалы4


Жизнь-лучший драматург..сценарист и режиссер..
 
FIKUSДата: Понедельник, 17.01.2022, 09:36 | Сообщение # 2582
Генералиссимус Нашей Планеты
Группа: Проверенные
Сообщений: 2845
Статус: Offline
Рассказ "Падший ангел. Время для смерти"

Прошло пять лет, прежде чем большинство перьев на моих крыльях стали белыми. Помогая людям, я видел столько боли и страданий, что начинал переставать верить в радость и счастье. В такие моменты я брал паузу и улетал в места, где можно было отвлечься: парк, картинная галерея, концерт, гулял по сосновому лесу, любовался красотой природы. И мне снова возвращалось понимание, что на Земле много прекрасного.

Я побывал почти во всех странах. Тяжелее всего было в бедных районах и там, где шла война. Но что я мог сделать? Только длительные реформы способны постепенно поднять уровень жизни. Но кто хочет тратить деньги на развитие? Или прекратить военные действия, цель которых нажива?

Есть такой девиз: бери от жизни все! Но, следуя ему, люди забывают, что надо отдавать взамен. Поэтому и не чувствуют удовлетворения от того, что получилось взять.

Во время своих путешествий я сталкивался с другими падшими ангелами. Их удивлял вид моих побелевших крыльев, но далеко не все пытались узнать, как это произошло. А те, кто выяснял причину, не стремились встать на мой путь. Они понимали, что это большой труд и гораздо проще жить без предназначения, болтаясь между небом и землей.

Иногда мне приходилось наблюдать масштабные катастрофы, в которых погибали десятки людей. Я мог это предотвратить, но не вмешивался. У каждого человека свое время для смерти. Можно списать внезапную кончину на трагическую случайность, халатность врачей и прочее, но правда такова, что если человеку суждено уйти из жизни в этот день, он уйдет. Да, боль потери страшна, но ничего нельзя сделать.

Особенно тяжело, когда погибают дети. Ангелы способны предчувствовать беду, и у некоторых людей есть такой дар, но не все его понимают.

В то утро женщина, которая отпускала свою дочь на экскурсию по реке, ощущала беспокойство. У нее возникло непреодолимое желание обнять её и никуда не отпускать.

– Ты точно хочешь ехать? – спросила она.

– Конечно, – ответил ребенок. – Три дня на огромном теплоходе!

С тяжёлым сердцем мать посадила дочь на автобус, который должен был отвезти весь ее класс до речного вокзала.

Мать предчувствовала, а я знал, что в первый же день плавания на теплоходе произойдет взрыв. Погибнет большинство пассажиров. Я не могу спасти всех, но способен попытаться помочь этим детям.

Время в пути должно было занять два часа. Через пятьдесят минут я сделал так, что двигатель заглох. Сначала водитель попытался устранить поломку, потом сказал, что еще есть время и можно вызвать на помощь другой транспорт.

Тогда я сделал так, что автобус завёлся. Но, проехав двадцать минут, транспорт опять встал. Пока учитель дозвонился до школы и попросил помощи, пока там решали, какой автобус прислать, время было упущено.

Когда пришел новый транспорт, расстроенные дети пересели в него, чтобы отправиться по домам. В салоне царила тишина, что было непривычно для школьного автобуса.

– Ничего. Мы скоро обязательно запланируем новую интересную поездку, – учитель, как могла, старалась успокоить детей.

Но попытка вышла неудачной, потому что они были настроены на развлечения здесь и сейчас.

А вечером того же дня у пассажиров автобуса и их близких были другие эмоции. Узнав о трагедии на теплоходе, родители крепко обнимали своих детей и благодарили судьбу. А дети сделали вывод: иногда трудности в пути означают, что не следует двигаться дальше.

Мне удалось предотвратить трагедию, потому что Творец разрешил дать этим детям шанс, а, может, я просил так сильно, что он изменил время смерти.

Вы когда-нибудь задумывались, почему хорошие люди уходят первыми? Люди, которые могли бы усовершенствовать этот мир, если бы их смерть не наступила так рано? И почему плохие, в том числе преступники доживают до старости, а некоторые из них остаются безнаказанными?

Во-первых, один человек не сможет улучшить мир. Даже если попытается. А после его смерти существует большая вероятность того, что плоды его деятельности будут разрушены либо изменены.

А во-вторых, человека забирают, потому что он выполнил свое предназначение: его духовный мир стал безупречным.

Плохим людям дается долгая жизнь для переосмысления, раскаяния, совершенствования. Но мало кто это понимает, и почти никто не стремится встать на этот путь. А те преступники, которые остаются безнаказанными, восхищаются своей ловкостью, и что им удалось обмануть всех. Но если бы они знали, что чем справедливее земной суд, тем снисходительнее он будет на небесах, то так не радовались.

Если нет расплаты на земле, то она обязательно будет совершена на небе. Но только не все верят в бессмертие души, а многие сомневаются, что она вообще есть.

На моих крыльях осталось несколько тёмных перьев, когда я решил посетить одно из самых унылых мест – тюрьму для заключённых пожизненно.

Я не заходил в камеры к насильникам, серийным убийцам. Лишь вглядывался в их лица. Жажда крови и насилия – это один из самых сильных наркотиков.

Камеру под номером сорок три занимали отец с сыном. Двадцать лет назад они были членами преступной группировки. Чтобы устранить конкурентов, они кинули гранату в кафе, где те обедали. Погибли не только бандиты, но и обслуживающий персонал. Конечно, на их совести было больше преступлений, но на них у следствия не нашлось улик.

Сейчас отцу было шестьдесят пять лет. Он был болен: начались проблемы с сердцем. В ту ночь ему быстро удалось заснуть, а сын с безучастным видом разглядывал потолок. Он утратил надежду на досрочное освобождение и устал от бессмысленности существования. По ночам он молил Бога только об одном, чтобы его жизнь прекратилась. Но Творец не слышал, зато пришел я.

Я сел на край его кровати и взял за руку. Увидев меня, мужчина даже не вздрогнул.

– Какой красивый сон, – заметил он, принимая меня за видение.

– Я знаю, что ты раскаиваешься в том, что совершил. Сейчас ты другой человек. Ты даже не таишь обиды на отца за то, что он привел тебя в банду, – произнес я.

– Да, хотя ничего уже не вернуть. На мне кровь людей. Я был жесток и самоуверен. Но я за все заплатил и продолжаю расплачиваться, – признался мужчина.

– Что ты хочешь?

– Смерти. Только так я смогу выйти из этой тюрьмы. И чтобы отец избавился от мучений. Тихо, во сне. А я согласен на любую смерть, даже самую страшную, лишь бы уйти. Я думал о самоубийстве, но это еще один грех.

– Какое твое самое светлое воспоминание? – спросил я.

Мужчина задумался, а после ответил:

– Мне девять лет, мы с отцом плывем на лодке по озеру.

– Закрой глаза, – попросил я.

Мужчина послушно сомкнул веки и сжал мою руку. Мгновение и он увидел себя в лодке на водной глади озера. Отец греб веслами, а мальчик улыбался солнцу, ветру и кувшинкам на поверхности. Потом он услышал всплеск и вскрикнул:

– Папа, смотри рыбка!

Видение резко оборвалось. Рука мужчины ослабла. Иногда смерть – это освобождение.

Я взглянул на отца, и его дыхание остановилось. Иногда смерть – это благо.

Я видел, как их души отделились от тела и прошли сквозь решетку и стекло окна. Для души не существует препятствий.

Я вылетел вслед за ними, но устремился не ввысь, а приземлился на крышу тюрьмы и расправил крылья. Все мои перья стали белоснежными! Я заслужил прощение Творца и право вернуться на небеса!

Внезапно меня окутал поток света, отчего крылья засияли своей белизной. Я прикрыл глаза и полностью подчинился силе, которая потянула меня ввысь.

Книга судеб. Рассказы


Жизнь-лучший драматург..сценарист и режиссер..
 
FIKUSДата: Понедельник, 17.01.2022, 09:37 | Сообщение # 2583
Генералиссимус Нашей Планеты
Группа: Проверенные
Сообщений: 2845
Статус: Offline
Просто дыши

Просто не бойся сейчас ничего вообще. День, из людей состоящий, — не из вещей — может, покажется разным: чужим, родным. Облако-облако, белый небесный дым. Прячутся дикие звёзды за облака. Видишь — мосты на железных стоят ногах, видишь, какие закаты алеют тут. Только скажи им — они за тобой пойдут. Небо апрельское, солнечный мармелад. Через границы, преграды, сквозь зеркала.

Просто дыши — тебе всё по плечу, ты знай. Мячиком круглым в ладонь упадёт луна, словно она перепутала верх и низ. Ты поиграй-поиграй, но потом верни, как же твой город останется без луны. Между страницами книжек — цветные сны, не разобраться — а кто у кого в гостях. Вот ты лежишь, а они тебе шелестят. Просто поверь им, открыто или тайком. Выглянешь ночью в окошко — привет, дракон.

Просто люби. Прямо весь этот чёртов мир, даже в дожди, даже в самый тревожный миг, даже когда сбитый ангел летит в нигде.
Радуги вряд ли получатся без дождей. Радуга-радуга, длинный и тонкий шов. Кстати, запомни — жизнь сложится хорошо.
Смейся, дурачься, кривляйся — уже пора.
Просто тебе ведь семнадцать. Как мне вчера.
Войти
Резная Свирель

smile smile smile


Жизнь-лучший драматург..сценарист и режиссер..
 
FIKUSДата: Понедельник, 17.01.2022, 09:47 | Сообщение # 2584
Генералиссимус Нашей Планеты
Группа: Проверенные
Сообщений: 2845
Статус: Offline
Лучше всех на земле я могу закрывать глаза

А ведь кто-то сложил беспокойные наши песни и решил, что отныне и впредь мы навеки вместе.
Лучше всех на земле я могу закрывать глаза.
Потому что, когда закрываю глаза, я вижу, как играет в пустыне песок золотым и рыжим.
Купол неба над ней, опрокинутый как казан.
Мы идём по пустыне, закутавшись в покрывала. И костёр вдалеке. Ясный месяц как рог нарвала.
И мы знаем — нас помнят и ждут у того костра.
Имена наши пишут в золе заскорузлой палкой. Словно чётки, стучат неоткрытых планет опалы.
Щеки впали, минуты пропали, и смерть — сестра
или вечность сестра, её взгляд так лукав и луков. Мы сидим на песке и транслируем сны и буквы
на неведомых ранее маленьких языках.
Звуки падают наземь, тяжёлые будто глыбы. Нас без устали поят вином, угощают рыбой,
отгоняя ногой ядовитого паука.
И мы радостны, как новогодние мандарины. Обнимаем за плечи Иосифа и Марию,
обнимаем взахлёб Магдалину и Суламифь.
А над нами лохматые звезды бегут — волчата. Навсегда, потому что любовь не должна кончаться,
даже выдумка, даже история, даже миф.
Потому что весь космос из замши и перламутра. А потом открываю глаза, призываю утро, а потом выхожу из квартиры,
а там весна.
То есть май настоящий, блестящий, смешной, цветочный. Облаками мурашит, черемухой медоточит.
О тебе говорит, обо мне говорит, о нас.
Мы красивы как юные боги, свежи как завязь, мы идём по траве, разговорами кучерявясь,
пролетаем как шалые искорки над огнём,
вспоминая пустыни в густом человечьем рое.
Будем гаснуть — споём, будет жутко — глаза закроем,
чтобы кто-то неведомый видел, как мы живём.

Резная Свирель

smile smile


Жизнь-лучший драматург..сценарист и режиссер..
 
Михалы4Дата: Среда, 19.01.2022, 10:34 | Сообщение # 2585
Генералиссимус Нашей Планеты
Группа: Проверенные
Сообщений: 1742
Статус: Offline
Сиротка — Карл Петерсон

Вечер был; сверкали звёзды;
На дворе мороз трещал;
Шёл по улице малютка,
Посинел и весь дрожал.

“Боже! — говорил малютка, -
Я прозяб и есть хочу;
Кто ж согреет и накормит,
Боже добрый, сироту?”

Шла дорогой той старушка -
Услыхала сироту;
Приютила и согрела
И поесть дала ему;

Положила спать в постельку -
“Как тепло!” — промолвил он.
Запер глазки… улыбнулся…
И заснул… спокойный сон!

Бог и птичку в поле кормит,
И кропит росой цветок,
Бесприютного сиротку
Также не оставит Бог!
________________________

Яблоки

- Сынок, купи яблочки, свои, домашние, не кропленные.
Именно это «не кропленные» и заставило Александра остановиться и обернуться. Так говорила всегда его бабушка в далёком детстве: не опрыскать, а покропить.
- Не кропленные, говорите, - подошёл он к прилавку.
Старушка с кучкой яблок оживилась и быстро затараторила:
- Не кропленные, не кропленные, со своего дерева в огороде, уродила в этом году яблонька, как никогда. Ты не гляди, что не такие большие, как у перекупок, то ж привозные, бог знает, откуда, там яду больше, чем яблока. А это ж наши, местные, - её руки быстро перебирали яблоки, показывая покупателю товар со всех сторон. – Они ж яблоками пахнут, а вкусные какие, ты попробуй, попробуй. Вот, гляди, гляди, - с каким-то восторгом продолжала бабка, протягивая яблоко, на котором была маленькая буроватая отметина – видишь, их даже червячок кушает, потому, как не кропленные.
Александр невольно рассмеялся после этих слов:
- Так они у Вас все червивые?
- Да нет же, - испуганно отдёрнула руку с яблоком старушка, - смотри, все целенькие, это одно попалось, не доглядела. Ну, червячок же ест, значит, и для человека безвредное, говорю ж, не кропленные.
Александру эти яблоки были и даром не нужны, он просто, проходя через вечерний базар, срезал угол на пути к дому. Но что-то в облике этой бабки, в её манере говорить, в открытом бесхитростном взгляде, в её способе убеждения червячком в правдивости своих слов напоминало его родную бабушку. Какое-то, давно забытое, чувство тёплой волной разлилось в груди, и Сашке захотелось сделать что-нибудь хорошее для этой старушки, торговавшей на базаре. Поэтому, не торгуясь, он купил два килограмма этих яблок, сам не зная зачем, рассказав, что у него дома сынишка приболел (он вообще здоровьем слабенький), кашляет и жена в положении, и что, наверное, им будет полезно не кропленные яблочки поесть. В общем, сам не понимая почему, Александр поделился с этой незнакомкой самым сокровенным, что мучило его душу.
Бабка охала, вздыхала, качала головой, приговаривая, что сейчас старики здоровее молодых, потому как, разве в городах сейчас еда? Это ж сплошная химия, и сам воздух тут тяжёлый и больной. Он кивал и соглашался. Когда уже собрался уходить, бабка вдруг схватила его за руку:
- Слушай, приходи завтра сюда же, я тебе липы сушёной привезу да баночку малины с сахаром перетёртой, от простуды первое дело. Так я привезу, ты приходи завтра.
Александр шёл с яблоками домой и улыбался, на душе было хорошо, как в детстве, когда бабушка гладила по голове своей шершавой натруженной рукой и говорила: «Ничего, Сашок, всё будет хорошо».
***
Родителей своих Сашка не знал. Бабушка говорила, что отца его она и сама не знает, а мать… мать непутёвой была. Как привезла его однажды из города, в одеяльце завёрнутого, так и укатила обратно. Обещала забрать, как жизнь свою наладит, да так и сгинула.
Бабушку Сашка любил. Когда она, бывало, зимними вечерами тяжело вздыхала, вспоминая дочь свою пропащую, прижимала голову внука к груди, целовала в макушку, он говорил:
- Не плачь, ба. Я когда вырасту, никогда тебя не брошу, всегда с тобой жить буду. Ты мне веришь?
- Верю, Сашок, верю, - улыбалась бабушка сквозь слёзы.
А когда Сашке исполнилось двенадцать лет, бабушки не стало. Так он очутился в школе-интернате. Бабушкин дом продали какие-то родственники (это когда они вдвоём с бабушкой жили, то Сашка думал, что они одни на белом свете, а когда речь о наследстве зашла, претендентов оказалось немало).
Кто жил в детдоме, тому не надо рассказывать все «прелести» пребывания в подобных учреждениях, а кто не жил, тот до конца всё равно не поймёт. Но Сашка не сломался и по кривой дорожке не пошёл. Отслужил в армии, приобрёл профессию. Вот только с девушками ему не везло. И хотя сам Сашка был высоким, спортивного телосложения, симпатичным парнем, все его подруги, узнав о том, что он сирота, быстро исчезали с его горизонта. Поэтому, когда пять лет назад он случайно столкнулся в супермаркете со Светкой (они воспитывались в одном детдоме), то обрадовался, как самому родному и близкому человеку. Света тоже была очень рада встрече. А через полгода они поженились, родился сын, вот сейчас дочку ждут. И, в общем-то, жизнь наладилась.
***
- Свет, я тут яблок тебе с Дениской купил на базаре, домашние, не кропленные, - протянул пакет жене.
Света, выросшая с рождения в детском доме, пропустила все эти эпитеты мимо ушей. Она помыла яблоки, положила в большую тарелку и поставила на стол. А спустя полчаса в комнате уже витал яблочный аромат.
- Слушай, какие классные яблоки, а как пахнут, - говорила Света, уплетая их за обе щеки вместе с сыном.
- Так домашние же, не кропленные…
Этой ночью Александру снилась бабушка. Она гладила его по голове, улыбалась и что-то говорила. Сашка не мог разобрать слов, но это было и не важно, он и так знал, что бабушка говорила что-то хорошее, доброе, ласковое. От чего веяло покоем и счастьем, забытым счастьем детства.
Звук будильника безжалостно оборвал сон.
Весь день на работе Александр ходил сам не свой. Что-то беспокоило, какая-то непонятная тоска грызла душу, к горлу периодически поднимался ком. Возвращаясь домой, он поймал себя на мысли о том, что очень хочет опять увидеть ту бабку с яблоками на базаре.
***
Евдокия Степановна (так звали бабку, торговавшую яблоками) слонялась по двору, тяжело вздыхала, раз за разом вытирая набегавшие на глаза слёзы. Давным-давно её старший сын погиб при исполнении служебных обязанностей (пожарником был), даже жениться не успел, а младшая дочь, красавица и умница, когда училась в институте в столице, вышла замуж за африканца и укатила в жаркий климат, где растут бананы и ананасы. Муж её покойный долго бушевал и плевался по этому поводу. А она что? Она только плакала, предчувствуя, что не увидит свою девочку больше никогда. Так и вышло. Пока ещё был жив муж, держалась и она. Ну, что же делать, раз жизнь так сложилась? А как два года назад мужа не стало, померк свет в душе Евдокии Степановны. Жила больше по привычке, прося бога, чтобы забрал её побыстрее в царство покоя.
Этот молодой человек, что купил вчера яблоки, растравил ей душу. Ведь чужой совсем, а как хорошо с ней поговорил, не отмахнулся… Что-то было в его глазах… какая-то затаённая тоска, боль, она это сразу почувствовала. Её материнский инстинкт прорвался в словах: «Приходи завтра сюда же, я тебе липы сушёной привезу да баночку малины с сахаром перетёртой, от простуды первое дело. Так я привезу, ты приходи завтра».
И вот сейчас, заворачивая в газету банку с малиновым вареньем, Евдокия Степановна непроизвольно улыбалась, думая, что бы ещё такого захватить для этого парня и его семьи. Очень уж хотелось ей порадовать человека и, конечно же, ещё немного поговорить, как вчера.
***
Вчерашнее место за прилавком было занято, и Евдокия Степановна пристроилась неподалёку, в соседнем ряду. Выложив кучкой яблоки, она всё внимание сосредоточила на проходящих людях, чтобы не пропустить.
Народ массово возвращался с работы. К этому времени Евдокия Степановна окончательно разнервничалась. «Вот же дура старая, насочиняла сама себе, напридумывала… и на кой ему слушать и верить чужой бабке», - досадливо думала она, а глаза всё высматривали и высматривали знакомый силуэт в толпе.
Александр вчера не придал особого значения словам бабке о липе и малиновом варении. «Эти базарные бабушки чего хочешь наговорят, лишь бы товар свой продать», - думал он. – «А вдруг и, правда, приедет? Не похожа она на опытную, бойкую торговку. Червячка показывала… вот же придумала…», - заулыбался, вспоминая бабкино лицо, с каким жаром она о червяке говорила. – «Эх, какая разница, всё равно ведь через базар иду, гляну, вдруг стоит».
Саша свернул в ту часть базара, где вчера стояла бабка с яблоками, пошёл вдоль прилавка, не видно бабки. «Тьху, дурак, развели, как малого пацанёнка, хорошо что вчера, с дуру, Светке не похвастал обещанной малиной». Настроение мгновенно испортилось, не глядя по сторонам Саша ускорил шаг.
- Милок, я тут, тут, постой, - раздался громкий крик, и Александр увидел спешащую к нему вчерашнюю бабку.
Она радостно схватила его за локоть, потянула за собой и всё тараторила:
- Место занято было, я тут рядом пристроилась, боялась, пропущу, думала, придёшь ли? Я ж всё привезла, а думаю, вдруг не поверил бабке…
Бабка всё «тарахтела» и «тарахтела», но Александр не прислушивался к словам, он на какой-то миг душой перенёсся в детство. Эта манера разговора, отдельные слова, выражения, движения рук, взгляд, в котором затаилось желание обрадовать человека своими действиями, всё это так напоминало его родную бабушку.
Он спросил: сколько должен, Евдокия Степановна замахала руками, сказав, что это она со своих кустов для себя варила, и принимать это надо, как угощение. А ещё говорила, что малина у неё не сортовая, а ещё та, старая, не такая крупная и красивая на вид, но настоящая, душистая и очень полезная. И Сашка вспомнил бабушкину малину, её запах и вкус, а ещё ему почему-то вспомнилась картошка. Жёлтая внутри, она так аппетитно смотрелась в тарелке, а вкусная какая. После смерти бабушки он никогда больше не ел такой картошки.
- А картошка жёлтая внутри у Вас есть? – перебил он старушку.
- Есть и жёлтая, и белая, и та что разваривается хорошо, и твёрденькая для супа.
- Мне жёлтая нравится, её бабушка в детстве всегда варила, - мечтательно произнёс Александр.
- Милок, завтра суббота, выходной. А ты приезжай ко мне в деревню, сам посмотришь какая у меня картошка есть, у меня ещё много чего есть… Старая я уже, тяжело мне сумки таскать, а ты молодой, тут и ехать-то недалече, всего сорок минут на электричке. Приезжай, я не обижу…
И Сашка поехал. Не за картошкой, а за утраченным теплом из детства.
***
Прошло два года.
- Наташа, печенье точно свежее? – озабоченно вопрошала уже второй раз Евдокия Степановна.
- Да, говорю ж Вам, вчера привезли, ну, что Вы, ей богу, как дитё малое? – отвечала продавщица.
- Дети ко мне завтра приезжают с внучатами, потому и спрашиваю. Дай-ка мне одно, попробую.
- Гляди, совсем Степановна из ума выжила, - шушукались в очереди, - нашла каких-то голодранцев, в дом пускает, прошлое лето Светка с детьми всё лето на её шее сидели. Видно, понравилось, опять едут.
- Ой, и не говори. Чужие люди, оберут до нитки, а то и по башке стукнут, дом-то хороший. Василий покойный хозяином был. Говорила ей сколько раз, отмахивается.
- Взвесь мне кило, хорошее печенье.
- Ну, наконец-то, - выдохнули сзади стоящие тётки. – Не тех кормишь, Степановна.
Евдокия Степановна, не спеша, шла домой и улыбалась. Что ей разговоры? Так, сплетни всякие. Родные – не родные, какая разница. Где они эти родные? За столько лет и не вспомнили о ней. А вот Саша со Светой помогают, да и не в помощи дело…
- Саша, а чего нам до завтра ждать? Я уже все вещи сложила и гостинцы упаковала, на последнюю электричку как раз успеваем. Поехали, а? - агитировала Светлана мужа, пришедшего с работы.
- Папа, поехали к бабушке, поехали, - подхватил Дениска, - там курочки, пирожки, вареники с вишней… там хорошо.
- Баба, - запрыгала двухлетняя Леночка, - хочу к бабе.
Александр посмотрел на своё семейство, улыбнулся, махнул рукой:
- Поехали.
Они сидели в электричке, дети смотрели в окно, периодически оглашая вагон восторженными криками: «Смотри-смотри!» А Саша со Светой просто улыбались, ни о чём особо не думая. Ведь это так здорово, когда у тебя есть бабушка, которая всегда ждёт!

Виктория Талимончук https://zen.yandex.ru/id/5d7a1e966f5f6f01277cfe4d

* * *

ДУХ СОВЕТСКОГО НАРОДА

Рождённый до развала в девяностых,
Впитав в себя советский кислород,
Я восхваляю до сих пор без тостов
Тогдашний, духом связанный, народ.

И лишь примерив на лицо морщины,
Ушедших стал ценить сильней живых.
А дух народа бродит по лощинам,
Отвергнутый сознаньем молодых.

***
РУСЬ ЗАБЛУДШАЯ

Что жизнь? Петляю по обочине
Судьбы с протянутой рукой.
Эх, Русь моя, где ж взять-то мочи мне
Вернуть тебе былой покой?

Смешалось всё... И честь, и золото,
И ложь, и правда прошлых лет.
Народ твой, как кувшин, расколотый.
В единство веры больше нет.

Не слышно песен под берёзками,
Утих медвежий рёв тайги.
И хлещут нас, покорных, розгами
Свои свирепей, чем враги.

Победы, слава... Обесценились.
Забыт истории урок.
Не в ногу, в голову прицелились
Себе и давим на курок.

Надежда - слабость простодушная,
Туман, залёгший в полынье.
Что ждёт тебя, о Русь заблудшая?
Представить даже страшно мне.

***
ПРОБУДИСЬ, РОССИЯ!

Было всё тебе по силам,
Как бы жизнь не проверяла.
Отчего же ты, Россия,
Нынче хватку потеряла?

Тьма сгустилась на пороге.
В горн свирепым псам пропето.
Долго ты в своей берлоге
Будешь спать, не видя это?

Как же стыдно, до удушья.
Столько лет нещадно травят.
Может ждёшь, пока мест ружья
В дом тебе цевьём направят?

Ну-ка, встань! И с рёвом в горле
Покажи, кто здесь хозяин.
Чтоб попятилось отродье
До невиданных окраин.

Чтобы вид медвежьей силы
Их преследовал ночами.
Пробуди в себе Россию
С прежней славой за плечами!

***
ВОСКРЕШЕНИЕ

Пронесётся вся жизнь за мгновение,
Словно эхо в далёкой глуши.
Лишь останутся стихотворения -
Свет моей непомеркшей души.

И, быть может, веками обросший,
Новой жизни вкушая покой,
Появлюсь из далёкого прошлого,
Воскрешённый звучащей строкой.

Харитонов Евгений Николаевич
__________________________
110695


Сообщение отредактировал Михалы4 - Среда, 19.01.2022, 10:41
 
Михалы4Дата: Пятница, 21.01.2022, 13:38 | Сообщение # 2586
Генералиссимус Нашей Планеты
Группа: Проверенные
Сообщений: 1742
Статус: Offline
Светлые приходят мысли,
Мрачные приходят тоже...
Два ведра на коромысле
Мы несём по воле Божьей.
______________________

Уверуем, что свет – всесилен,
Что зло бессильно пред добром…
Иначе для чего мы жили?
Иначе для чего умрём?

К чему все наши достиженья,
Победы сердца и ума,
Коль проиграет свет сраженье,
И воцарится в мире тьма?

***
Буду я плясать от печки,
От титана, что в «хрущовке»…
За дровишками, конечно,
Топать мне, надев спецовку,
Что, увы, не по размеру –
Мне едва минуло десять…
Хоть и страшно пионеру,
Ничего тут не поделать.

Вниз ведут ступени круто –
Мама их не одолеет.
Не посетуешь кому-то,
Если ты её жалеешь.
К своему бреду сараю
В темноте, как в лабиринте,
Чуть дыша, топор сжимая.
Он как друг, когда один ты…

Расколю поленья быстро
И – в мешок, мешок – за спину,
И наверх, как альпинисты…
Там дрова в титан подкину.
Заиграет буйно пламя,
Зашумит вода, прогревшись,
Чтоб помыться мне и маме.
А помывшись, осмелевший,
Буду думать я, что – взрослый,
Что во тьме – ничуть не страшно,
Что способен все вопросы
Я решить – большой и важный…

…Нет давно на свете мамы.
На вопросы нет ответа.
Я – совсем не важный самый
И совсем не важно это.
Но ведь вот осталось что-то,
Что тогда носил в сердечке…
И в сужденьях, и в работе
Я всегда пляшу от печки.

***
Милая родина,
Малая родина,
Дедов приземистый дом…
Дальше, конечно же, в рифму –
Смородина,
Та, что растёт под окном.
Рядом – малина,
Колючий крыжовник,
А за забором – репей…

Будь ты, хоть праведник,
Хоть уголовник,
Будь в этой жизни – ничей,
Здесь обретёшь,
Всё, что было утрачено,
Пусть никого не найдя…
Холмик над мамой,
Крестом обозначенный,
Сетка косого дождя…

Добрая мама –
Кровиночка алая –
Сделалась пядью земли.
Родина милая,
Родина малая –
Можно в горсти унести.

***
Георгию Негашеву

Я видел кладбище берёз,
Что умирали стоя…

Нас разделял крутой откос –
Притормозивший поезд
Был вдаль умчать меня готов,
Перечеркнув мгновенье…
И не нашлось ни чувств, ни слов,
Чтоб выразить виденье.

И только после понял я,
Что помнить мне отныне:
Да, это Русь была моя –
По грудь уже в трясине!

Не отыскать друзей окрест,
Чтоб кто-то подал руку…
Летит гремящий век-экспресс,
Неся упадок духа.

Он лишь наживою живёт,
В нём нет любви и чести.
И только свет берёз ещё
Струится в поднебесье,
Суля надежду там, где нет
И толики надежды…

Я видел этот дивный свет –
Двух полустанков между.

Всё понимаю – надо жить,
Стоять и не сдаваться,
И, утопая в вязкой лжи,
Собою оставаться,
Чтоб среди всех вселенских гроз
Не знать душе покоя…

Я видел кладбище берёз,
Что умирали стоя.

***
КОРОМЫСЛО

Светлые приходят мысли,
Мрачные приходят тоже...
Два ведра на коромысле
Мы несём по воле Божьей.

Тяжестью – сродни с судьбою
Под упругою дугой,
Но одно с живой водою,
А другое – с неживой.

И, порою сам не знаю,
Как две крайности принять,
Как суметь пройти по краю,
Чтоб воды не расплескать.

Чтоб полны ведёрки были,
Всем, чем жизнь полна сама,
Чтобы в каждом отразились
Солнца свет и ночи тьма.

***
ИЗ ДЕТСТВА

И морозец доедает
Запасённые дрова…
А.Решетов

Вновь расцветают розы –
На окнах целый сад.
Крещенские морозы
Поленницу едят.

Гудит, не умолкая,
Симфония в трубе,
Но розы не растают
В натопленной избе.

Я – шкет обыкновенный –
Симфоний не слыхал,
Но сам принёс полено
И в печку затолкал.

Чтоб бабушка гремела
Старинным чугунком,
И пахла каша белым
Берёзовым дымком.

***
БАБУШКА АНЯ

Маленькая – мужику по пояс,
Как попала в санитарный поезд?
В толк никак я это не возьму:
Как вообще призвали на войну…
Как смогла всю жизнь служить «сестрицей»,
День за днём всё больше становиться
Образом той самой доброты,
Что сияет нам из темноты,
Будто бы лицо самой России,
Что готова сотни бед осилить,
Даже и в сырую землю лечь:
Мир спасти – себя не уберечь…

***
Мне быт отягощает бытие,
Удорожает и сбивает с курса,
Сознанье перекраивает мне,
Душевные используя ресурсы,
Которые я трачу не на то,
Что было предназначено судьбою…
Всевышнему нет дела до пальто
Давно из моды вышедшего кроя.

Ему нет дела до того, что ем,
Хоть хлеб насущный и даёт мне всё же.
Ему не важен мой диван совсем
С давно потёртой на изгибах кожей.
Он ждёт, когда я главное пойму
И вместо быта бытие освою,
И стану ближе хоть чуть-чуть к Нему,
Приняв любовь, которой я не стою…

***
Козлёнок и тебя уже посчитал...
Из старого мультфильма

Думал ли я, солдат, защищавший свою страну,
Что собственное правительство объявит мне войну.

Такое и в страшном сне не привиделось мне,
Что коды какие-то предъявлять обяжут в моей стране.

И, как в концлагере фашистском, на руку – номерок,
Чтоб убежать от своих мучителей я никуда не смог.

Чтоб, если покажусь, ершистый, где-то без номерка,
Меня сразу под зад коленом, как шелудивого щенка:

Ни в самолёт, ни в поезд, ни в оперу, ни в музей...
Не поклонился в пояс – в гроб закатать скорей!

Чтоб не мешался – не помеченный рабским клеймом,
Чтоб поскорее умер, как каждый, помнящий о былом,

Кто жил и дышал свободно, гордясь державой своей,
Кто был человеком просто, живущим среди людей.

***
КАНУНЫ ДВАДЦАТЬ ВТОРОГО...

Торопыга во всём – подвожу я итоги:
Год прошёл и провёл нас по общей дороге
Пандемии, запретов и прочих страстей,
Через изгородь сплетен и лес новостей.
Да, был общим наш путь в рамках этого года,
Бился пульс словно ртуть, и ярилась природа:
Наводненья, какой-то вселенский пожар –
Всех коснулись, кто молод ещё и кто стар.

Но и в этой канве бесконечного горя,
Кто-то жил и любил, с неудачами споря.
Кто-то книги писал и лелеял младенца,
Чьи-то жизни спасал, не щадя своё сердце,
И в полуночной келье молитвы шептал,
Чтоб наш век справедливей, душевнее стал...
Ну, а я, что сумел? Много это иль мало?
Я старался, работал, душа не дремала,

И страдала она... И винил я себя,
Что не сделал всего, что пристало, скорбя
Об уже обозначенном долею сроке,
Где не мне подводить будет надо итоги,
А тому, кто всемирною правит судьбой...
Торопыга во всём... Боже мой, Боже мой...

***
ЗА КОЛЬЦЕВОЙ
Валентину Сорокину

За МКАДом жизнь совсем другая,
И люди, в общем-то, добрей.
Хотя не место красит – знаю,
В нём пребывающих людей,
Но хочется за МКАД скорее
И – мчаться, мчаться на восток:
Там, впереди, Урал синеет,
Как будто Каменный цветок.

Там снова ты – в России, дома,
Там от берёз светло вокруг,
И взор озёрный, незнакомый,
Разбередит всю душу вдруг,
Как будто в юности далёкой…
И, как бы ни глумился век,
Там ты не будешь одиноким,
Нормальный русский человек.

***
Я – осколок советской эпохи,
Инородный для нынешних дней,
Что – кому-то, наверно, не плохи,
Но мне прежние годы родней.

Где – идея была и Держава,
За которую был я горой,
И Победы отцовская слава
Приходилась мне старшей сестрой.

И в лесах ещё не было гари,
И дымили заводы в стране.
Звёзды космоса Юрий Гагарин
Подарил всей планете и мне.

Комсомол, пионерия, школа…
Время было тогда молодым!
Я – советской эпохи осколок
И не стану вовеки иным.

Критиканам досужим не внемлю,
Помню прошлые годы, как есть…
Срок придёт и – войду в эту землю,
Где подобных осколков не счесть.

Александр Борисович Кердан
________________________
111468


Сообщение отредактировал Михалы4 - Пятница, 21.01.2022, 13:40
 
Форум » ВАШИ ЛИЧНЫЕ СТРАНИЧКИ » Вы можете создавать свои личные странички именно здесь » Мир прозы,, (Интересные истории,стихи,цитаты)
  • Страница 104 из 104
  • «
  • 1
  • 2
  • 102
  • 103
  • 104
Поиск:

/>

Поиск


НАША БЕСЕДКА


Мы комментируем

Загрузка...

На форуме

COVID-19

(79)


Интересное сегодня
Отец Герман из Львова перед смертью описал судьбу Украины (0)
26 января для мира во всем мире может быть не очень благоприятный день. (0)
Шойну СРОЧНО обратился к Путину (0)
Узнайте, какой магический дар вы получили в день своего рождения (2)
Венгерский ученый Богар сделал предсказание для РФ на 2022 год по китайскому календарю (0)
Действия России в текущей ситуации, по результатам ультиматума Путина (0)
Е.Рерих : ЛИШЬ ОГНЕННОЕ РАВНОВЕСИЕ МОЖЕТ СПАСТИ ПЛАНЕТУ (16)
Не обижайте светлых людей! За них заплатите втройне. (10)
The New York Times опубликовала статью, озаглавленную "Как отступить из Украины?" (2)
Китайский полковник выступая по телевизору пообещал топить авианосцы США и развязать ядерную войну с США (0)

Loading...

Активность на форуме

Постов на форуме: 5761
Группа: Модераторы

Постов на форуме: 4194
Группа: Проверенные

Постов на форуме: 3818
Группа: Проверенные

Постов на форуме: 2875
Группа: Модераторы

Постов на форуме: 2845
Группа: Проверенные

Постов на форуме: 2510
Группа: Друзья Нашей Планеты

Великие комментаторы:
Василёк
Комментариев: 17595
Группа: Друзья Нашей Планеты
Микулишна
Комментариев: 16982
Группа: Друзья Нашей Планеты
Geda
Комментариев: 10234
Группа: Проверенные
nikolaiparasochko
Комментариев: 10224
Группа: Проверенные
надёжа
Комментариев: 9621
Группа: Проверенные
Благородный
Комментариев: 7700
Группа: Проверенные